?

Log in

No account? Create an account

On ne lâchera pas! Клич и кредо желтых жилетов
City
limonov_eduard
On ne lâchera pas! Переводится как «мы не бросим (это дело)», это клич и кредо желтых жилетов, они кричали его на всем протяжении манифестации, приплясывали и танцевали.

Мы собирались (я и ребята WarGonzo) попасть в Париж на 1 мая, генеральное совместное выступление желтых жилетов и синдикатов (французских профсоюзов).

Но не получилось. В Москве консулат был перегружен работой.

И визы нам выдали только 3 мая. На 4 мая мы тоже не успевали купить билеты.

И вот 10 мая мы встретились с французскими товарищами, договорились о деталях того, как будет, закупили там закапыватели для глаз в случае, если понадобится для слезоточивого газа.

В субботу 11-го с утра погода была как в ноябре, хороший хозяин собаку не выпустит, жуткий потоп, купили зонты.

К 11:30 подошел Тьерри М. Высокий, в кепке, с лицом исхудавшего рабочего, и мы пошли к желтым жилетам.

По парижским кривым улочкам, известным только аборигену Тьерри, мимо Пантеона к университетскому комплексу Joissie. Там у одноименного метро собирались жилеты.

Пришли за час до назначенного времени, но на месте были уже многие сотни жилетов, дальше подошли тысячи.

С первого взгляда они мне напомнили анпиловскую простецкую толпу, жилет каждого был расписан от руки шариковыми ручками — по тематике, которая волновала владельца жилета.

В центре у входа в метро стоял главный желтый жилет этой манифестации Lellouche Faouzi. Познакомились, поговорили, обменялись случаями из нашей жизни, почувствовали близость.



Подробности: https://regnum.ru/news/polit/2626720.html
Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на ИА REGNUM.

Подробности: https://regnum.ru/news/polit/2626720.html
Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на ИА REGNUM.

Подробности: https://regnum.ru/news/polit/2626720.html
Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на ИА REGNUM.

On ne lâchera pas! Клич и кредо желтых жилетов
City
limonov_eduard


On ne lâchera pas! Переводится как «мы не бросим (это дело)», это клич и кредо желтых жилетов, они кричали его на всем протяжении манифестации, приплясывали и танцевали.

Мы собирались (я и ребята WarGonzo) попасть в Париж на 1 мая, генеральное совместное выступление желтых жилетов и синдикатов (французских профсоюзов).

Но не получилось. В Москве консулат был перегружен работой.

И визы нам выдали только 3 мая. На 4 мая мы тоже не успевали купить билеты.

И вот 10 мая мы встретились с французскими товарищами, договорились о деталях того, как будет, закупили там закапыватели для глаз в случае, если понадобится для слезоточивого газа.

В субботу 11-го с утра погода была как в ноябре, хороший хозяин собаку не выпустит, жуткий потоп, купили зонты.

К 11:30 подошел Тьерри М. Высокий, в кепке, с лицом исхудавшего рабочего, и мы пошли к желтым жилетам.

По парижским кривым улочкам, известным только аборигену Тьерри, мимо Пантеона к университетскому комплексу Joissie. Там у одноименного метро собирались жилеты.

Пришли за час до назначенного времени, но на месте были уже многие сотни жилетов, дальше подошли тысячи.

С первого взгляда они мне напомнили анпиловскую простецкую толпу, жилет каждого был расписан от руки шариковыми ручками — по тематике, которая волновала владельца жилета.

В центре у входа в метро стоял главный желтый жилет этой манифестации Lellouche Faouzi. Познакомились, поговорили, обменялись случаями из нашей жизни, почувствовали близость.

Он объяснил, что эта манифестация (всего в этот день в Париже прошло множество манифестаций) посвящена произволу властей в области образования, и поэтому она начинается на Place Joissie, где университетские унылые здания-коробки, и затем маршрут следует вблизи других университетских зданий.

Между тем народ, следуя, как нам объяснил Тьерри, за полицейскими провокаторами в желтых жилетах, ломанулся в запрещенную полицией сторону, где немедленно возникли смешанные войска CRS с полицией и преградили дорогу и надели каски.

То есть ситуация создалась угрожающая. Главный желтый жилет пошел их останавливать. Народ послушался и стали возвращаться обратно. Еще через полчаса все пошли от метро Joissie по направлению к Place d’Italy.

Тем временем начался ливень с градом, зонты пригодились. Впереди нас двигался карликовый автомобильчик, откуда раздавались ритмы, люди стали приплясывать, потом все дружно запели Марсельезу и зааплодировали сами себе.

Дождь и град продолжались, жилеты и не-жилеты танцевали и постоянно пели, и это отличает их манифестации от не поющих русских. Старинная бретонская песня звучала среди прочих, переделанная на слова жилетов, за машиной танцевали рыжая девочка и негритянка. Над толпой неподалеку развевался цыганский флаг — цветное колесо.

В колонне рядом с нами несли лозунги, например такие: «Требуем права на референдумы по инициативам граждан!». Еще один лозунг мы видели, где требовали каждому забытому городку и району достойную систему образования.

По дороге Тьерри М. познакомил меня с адвокатом желтых жилетов — крупным седым человеком в кепке-жириновке. Пожали друг другу руки и адвокат поблагодарил меня за что-то.

У въезда на перпендикулярные улицы дорогу преграждали полицейские автомобили и мотоциклы плюс ряды полицейских. Впрочем, каски у большей части из них были пристегнуты к поясным ремням. Видимо, полиции был отдан приказ после 1 мая не избивать жестоко граждан у всех на виду. У некоторых правоохранителей нами были замечены камеры — нет сомнений в том, что снимали протестующих.

Дождь кончился, когда мы вышли на Place d’Italy, по площади ударили лучи солнца, стало веселее. Затем манифестация пошла по Rue Tolbiac. На густонаселенной улице люди высовывались из окон, вывешивали из них жилеты или желтые тряпки, приветствовали манифестантов.

Только у самого конца маршрута у библиотеки Миттерана мы увидели одетых как хоккеисты (оправленные в резину) довольно зловещих и низкорослых полицейских с белыми литерами A1 на спине.

Выйти из манифестации оказалось нелегко. Нас много раз то останавливали, то разрешали идти дальше. Мы видели людей, которых обыскивали на выходе.

Тьерри М. оказался прав — насилия в этот день мы не видели, а сколько всего народу вышло в Париже и тем более во Франции — я не знаю, поскольку оторван от компьютера.

Опубликовано: https://regnum.ru/news/polit/2626720.html
Tags:

По экуффам и тюреннам
City
limonov_eduard
Я прилетел в Paris на очередную субботу «жёлтых жилетов», чтоб своими глазами, что называется, увидеть их, «жилетов», но посетил и места, где я жил когда-то.

Пошёл по улице Сан-Мишель поглядеть на сгоревший остов Cобора Парижской Богоматери, собор же, ой как популярен в мире сейчас, и увлёкся, пересёк Сену, вышел туда где в 1982 году располагался ресторан Гольденберг.

Оказался в еврейском квартале, где я снимал квартиру на rue des Ecouffes. Ну, и к ресторану свернул.

На доме памятная табличка в честь погибших там в августе 1982 года шести жертвах. На самом деле, ресторан хоть и носил имя еврейских владельцев и располагался в сердце самого старого еврейского гетто в Париже, всё же был интернациональный, еда там подавалась не кошерная, примечательно, что убиты там были далеко не только евреи.

Печальный список открывает рабочий ресторана, алжирского, кажется, происхождения, во всяком случае, мусульманин.

В августе 1982-го я был среди первых, кто прибежал на место происшествия, думаю, это был первый террористический акт на территории Европы. Приезжал тогда на место теракта тогдашний президент Франсуа Миттеран. И наши местные евреи с ненавистью скандировали «Миттеран — аssasin! Mitteran — assasin!».

Осуществлён теракт был совместным отрядом палестинцев и гэдээровских немцев. Из окна я видел, как они не спеша уходили из еврейского квартала — серый «пежо» ехал по rue des Rosiers и два террориста с автоматами шли за серым «пежо» и не спеша обстреливали улицу.

Мы с храброй нашей консьержкой мадам Сафарьян первыми прибежали на место происшествия и видели трупы и раненых.

Тогда, впрочем, теракты выглядели скромнее. Разбитая пулями витрина, убитые с тёмными пятнами крови на рубашках (было же лето) — короче, как в кино.

Сожжённый остов Notre Dame de Paris оцеплен полицией и жандармами в пределах нескольких кварталах. Улицы перекрыты полицейскими заграждениями. Дежурят жандармы, прохаживаются по виду армейские подразделения в маскировочных одеждах, в тускло-красных беретах, прижимая к груди свои орудия защиты населения. Дует сырой ветер, солнце в небе, но холодно.

Прошёл я мимо очереди в префектуру Полиции, она как раз напротив Notre Dame расположена. В восьмидесятые годы я стоял здесь в такой же очереди вместе с чёрными и поляками каждые три месяца, и очень волновался, — оставят меня в Париже или нет. Сейчас среди соискателей французского гостеприимства нет поляков, но множество чернокожих, арабов, турок, сирийцев. В разы больше, чем в восьмидесятые годы.

Стоят, переминаются с ноги на ногу и на всё это взирает с высоты веков сожжённый Notre Dame. Сквозь калитку заглянул я и в страшно средневековый дворик Госпиталя Бога — в этом каменном древнем здании находилась некоторое время раненая отвёрткой в лицо Наташа Медведева.

Население значительно потемнело за прошедшие четверть века. Это факт, особенно потемнели женщины. Множество кустистых колючих причёсок на парижанках. Постепенно понимаешь, что стало гораздо меньше белых.

А если и есть белые, то это старики, довольно бессильно выглядящие, еле плетущиеся по своим стариковским делам.

И прибавилась ещё вот какая группа населения, доселе такой группы на парижской земле не существовало: это объемистые, большие, крупные «мамми», как я их называю, пожилые матери семейств в мусульманских одеждах, с открытыми, впрочем, но медного или чёрного цвета лицами. В восьмидесятые годы преобладали сухие, стройные, жилистые арабские и чернокожие мужчины, теперь вот «маммис» явились жить здесь и свили свои африканские гнёзда.

Короче произошла смена населения. И это не расистская констатация, но ей Богу — факт, Париж колонизирован Африкой, и это беспокоит.

У дома, где я жил на rue des Turenne, я сообщил чернокожему, могучего телосложения дядьке, что я жил вот в этом доме в восьмидесятые годы, и он мне посочувствовал. «О да, мэн, многое изменилось, многое исчезло», — сказал чернокожий мусорщик.

Звучал он, как обитатель Нью-Йорка.

Мне стало грустно.

Потому что был некогда такой город Париж.

У всех кому, привелось жить в нём в прошлые времена, Париж вызывал чувства, которые охватывают человека в бабушкиной квартире. Ведь в бабушкиной квартире, где старая мебель, — всё так уютно, и хорошо спится. Бабушкина квартиры имеет охранительное свойство, ничего плохого не может случиться с человеком в бабушкиной квартире.

По всем трём адресам, где я когда-то жил в центре Paris, на rue des Archives, на rue des Ecouffes и на rue de Turenne — везде теперь Африка или Ближний Восток, или в крайнем случае Нью-Йорк. Книжного магазина «Тысяча листьев», в витрине которого я увидел впервые в ноябре 1980 года свою первую книгу, уже не существует. Забытый богом заколоченный склад какой-то был, да и тот сплыл.

На пляс де Вож, где Людовик XIII принимал свои парады, а у дома Ришелье, бросая вызов кардиналу, французские дворяне устраивали свои дуэли, а Жан Эдерн Аллиер мой босс — владелец газеты L’Idiot International, проводил редакционные совещания — только арабские юноши и девушки, лежат, развалясь, на лужайках… Да сидит рядом с палаткой белый клошар, «бомж» по-нашему.

Опубликовано: https://svpressa.ru/world/article/232859/

С моим поколением
City
limonov_eduard

Я родился в 1943 году, следовательно меня необходимо ставить в один ряд с моим поколением, с моим ровесником Миком Джаггером (г.р. 1943), а не с русско-советскими писателями. С Элтоном Джоном ставить (1947), с покойным уже, увы, Дэйвидом Боуи (1947 г.р.). Так будет правильно.

А, скажем, с "деревенщиками" или с выпускниками Литературного института имени Горького или с советскими писателями-диссидентами у меня аж ничего общего.

И раньше-то границы не мешали писателям, художникам, музыкантам следовать одним трендам, одним веяниям в искусстве, а уж в современном-то мире, где интернет стёр все границы, конечно же, нужно рассматривать такие категории, как "поколение".

Ко мне не нужно приклеивать Сорокина там, Пелевина или там помоложе кого - Прилепина, пусть он и называет себя моим учеником, но он квадратный и банальный, а я не квадратный и не банальный. Он застрял на физическом, а я преодолел физическое. Он это, "ботинки, полные горячей водкой" с лохом Захарченко изучал, я в эссе "Пророк М." отождествлял пророка Моисея с пророком Мохамедом как одно и то же лицо.

Это я к чему ?

Это я побывал в Париже только что.

Прошёл под градом и проливным дождем с "желтыми жилетами", под мрачными взглядами французской полиции.

Беседовал с целым залом русских жён в русско-французском центре на rue de Boissiere. Я не знаю, что они читают, русские жёны, читая мои книги, чёрт их знает.

Помимо целого зала русских жён и моих французских фанатов, я встретился с человеком моего поколения, с Аленом де Бенуа.

Мы таки точка в точку что одного поколения.

Я лишь родился в феврале, а он в декабре, а вообще-то это один год - 1943-й.

Мы, наша команда, пришли к нему 13 мая в 11 часов утра. Живёт он недалеко от мемориального кладбища Пер Лашез. Набрали по присланному им руководству код и поднялись к нему в алюминиевые внутренности здания. С последнего времени, когда я у него был, лет этак 25 тому назад, то есть четверть века, он сильно побелел. Я имею в виду, что четверть века тому назад он был более насыщен кровеносными жидкостями. Сейчас он в жилетке с бескровным лицом интеллектуала. Белая рубашка, чуть более тёмный, чем рубашка, жилет.

Небольшой запашок вечности изо рта.

Но мозги, что за великолепные мозги!

По сути, хотя мы договаривались об интервью, это не получилось интервью. Я сам, войдя к нему, назвал наше рандеву встречей, ранконтром.

Я задал ему два вопроса всего и добавил потом ещё пол-вопроса, выросли эти пол-вопроса из тех двух, которые я приготовил.

Первый: Ты как определяешь движение жёлтых жилетов?

Он ответил с удовольствием человека, могущего при желании обрушить на нас все свои знания, во всей их философской серьёзности. Но я благодарю его за ответы простые и скорее лёгкие для понимания.

Он простенько сообщил, что противостояния "гош - друат" (то есть "левые - правые") давно не существует, как, впрочем, и немного осталось противостояния "Север - Юг", но что родилось и существует во всём мире только противостояние "народ и элиты". Народы отказываются служить элитам, безжалостно эксплуатирующим их. "Жёлтые жилеты" и их движение - наилучшее выражение противостояния "народ - элиты".

Второй мой вопрос был: Европа (и Франция в частности) и мигранты - что ожидает в будущем этих двух? Какое противостояние? По моему мнению, заметил я, их ожидает взаимное уничтожение, резня. При этом я напомнил Алену де Бенуа о химерических совместных государствах древнего Китая, об опыте сожительства китайской нации со степняками, всегда неудачном опыте. Лев Гумилёв называл такие государства государствами-химерами.

У него, оказалось, живёт целая колония крупных котов. При нашей беседе коты мечтательно тыкались мордами в стёкла и вели себя блестящим образом иррационально. Операторы снимали нас с интересом. Не понимая языка, они поняли важность происходящего, суть сказанного человеком в жилете от них ускользала, но важность они чувствовали.

Половиной вопроса была половина о Марин Ле Пен.

Де Бенуа не верил, что она сможет победить.

Ну так вот, я принадлежу к поколению Алена де Бенуа, и недаром мы уже давным-давно обратили внимание на книги друг друга.

Он упомянул в ходе беседы мой скромный философский труд "Дисциплинарный Санаторий", в то время как в эпоху (это был 1993 год) книгу мою обозвали "евангелие для скинхедов".

Ничего такого, это свежая современность пыталась прорваться сквозь догматизм французской философской мысли.

Опубликовано: http://ren.tv/blog/418858

Tags:

Хватит храмов!!!
City
limonov_eduard
Рано или поздно это должно было случится.Вот и случилось в Екатеринбурге. Навязывали -навязывали русскому народу средневековое православие в качестве идеологии, наконец народ достали. Он не хочет поповства этого на каждом шагу.Уже как гуся на паштет, насильно кормят нас своим поповством. Ещё храм, и ещё и ещё! Да они кроме самых раскрученных, полупустые стоят,ваши храмы.!

 Вот если однажды нужно будет всем миром защищать христианские традиции от сильнейшего врага какого-нибудь, от ИГ,предположим, мы пойдём,позову сердца, а насильно нас этой тухлятиной - не надо !

Слышно должно быть и по тону, как я зол....
Ну это так.... Наши лидеры, поздно оцерковлённые с энтузиазмом неофитов вчера уверовавших , гнут нас вдвое.

Но христианство и любая другая религия не могут быть основой современного мировозррения.

Не надо храмы насильно впихивать.

Вот и взбунтовались.
Таково моё объяснение происходящего. Русские своих попов отвергли ещё в 1917-ом! Как историческая традиция -пусть будет православие, но как действующая современная сила - они не могут ни фига !

В 04.15 прилетел я с революционной земли, гда жёлтые жилеты в количествах десятков тысяч человек, оболганные, своему правительству и президенту плейбою сопротивляются. Во всём мире идёт борьба народов против элит, они нас эксплуаптируют для своего удовольствия.
Стоп. Правильно, хватит храмов!

О Доренко
City
limonov_eduard
Вот Доренко умер, когда я был в Париже.
У нас любят преувеличивать значение умершего. На самом деле он был служащий на побегушках, пропагандист. Работал на Березовского. Обливал дерьмом Лужкова и этого, с двойным подбородком, который вроде приказ дал самолёт развернуть.Примакова, а во, вспомнил !
Но Сербию-то тогда Россия всё равно предала. Их бомбили, потому что мы не удосужились даже право "вета" использовать.Теперь вот фильм выпустили, чтобы себя чуть-чуть обелить. На самом деле тот марш-бросок наших десантников никому на фиг не был нужен.И ничего не изменил.

В последние годы Доренко жирел, облезал,становился всё вульгарнее и надежда что его выдвинут коммунисты постепенно стухла.Просидев в компартии годы, он вышел всё же оттуда. Ну да, он в одной своей книге о нацболах вроде неплохо написал. Да и что ?


Никто его конечно не отравил. Это домохозяйкины бредни.Раздоры промеж его баб.А бабы полны предрассудков...

Хороший он был или плохой ?
Да ни хороший ни плохой, как большинство людей.Не самостоятельный, всегда на жалованье.
Умер-шмумер.

Самостоятельных людей, раз,два, да и обчёлся.
Давай, Доренко, давай !